Сегодня обвиняемый в сочинских взрывах пожаловался на давление
Илья Галкин в своих показаниях суду признался, что с лета 2008 года изготавливал в домашних условиях различные взрывчатые вещества. Кроме того, весной 2009 года, по словам подсудимого, он изготовил и взорвал в безлюдных районах Сочи два взрывных устройства, созданных на основе жидкой взрывчатки. Свою причастность к остальным эпизодам, фигурирующим в материалах уголовного дела,— убийству пяти бомжей, убийству своего сводного брата Александра Дешко, а также девяти взрывам в Сочи, совершенным в 2008-2009 годах,— подсудимый отверг. По версии подсудимого Галкина, изложенной вчера в суде, организатором и исполнителем некоторых взрывов в Сочи якобы мог быть второй подсудимый, его друг Михаил Денисенко, причем мотивы действий приятеля господину Галкину, по его словам, неизвестны
Илья Галкин также сообщил суду, что до лета 2008 года он не интересовался взрывчатыми веществами, но однажды сотрудник местной телекомпании Михаил Денисенко, увидев у Ильи Галкина дома бутылку с кислотой, сообщил ему, что из кислоты и других веществ можно сделать бомбу, а затем якобы принес экс-милиционеру рецепты изготовления взрывчатки. Подсудимый Галкин также рассказал суду, что, следуя инструкции, у себя в квартире он получил триперекись ацетона и другие вещества, а его друг Денисенко, обладающий навыками работы с электросхемами, помог собрать детонатор для самодельной бомбы в виде электрической лампочки. Первое собранное устройство, по словам подсудимого, было взорвано в лесу в районе Сочинской ТЭС. Затем, сообщил обвиняемый, его друг Денисенко забрал у него изготовленное взрывчатое вещество и, как считает экс-милиционер, мог использовать его для организации взрыва в Лоо в августе 2008 года, в чем Галкин, по его словам, не принимал участия. «Узнав о взрыве, я спросил Денисенко, не он ли это сделал, и тот не стал отрицать, но я ему не поверил»,— заявил вчера суду Илья Галкин. Взрыв в Адлере в ноябре 2008 года, когда прохожий погиб при взрыве установленного на крыше автомобиля устройства, замаскированного под банку прохладительного напитка, по словам Ильи Галкина, организовал Михаил Денисенко, а также какой-то человек, подсудимому неизвестный. Об остальных взрывах, по словам Ильи Галкина, ему ничего не известно кроме того, что сообщали СМИ. Подсудимый заявил, что ни разу не пытался синтезировать тротил или гексоген, так как был уверен, что в домашних условиях это невозможно.

Илья Галкин также заявил суду, что сразу после ареста 15 апреля 2009 года в милиции его якобы избивали в течение нескольких часов, после чего он признался в изготовлении взрывчатых веществ. «Я описал в тот момент то же самое, что сказал сегодня в суде, но опера мне сказали: так не пойдет, мол, бери на себя взрывы,— утверждал Илья Галкин в суде.— Меня избивали так, что невозможно было терпеть, я попросил попить и втянул воду в дыхательное горло, чтобы захлебнуться, но меня откачали». В течение месяца, пока арестованный находился в изоляторе в Сочи, по словам подсудимого, двое сокамерников избивали его так, чтобы не оставалось следов от побоев, требуя выучить текст с обстоятельствами уголовного дела, а затем изложить эту информацию в виде признательных показаний во время допросов, которые записывались на видео, и во время проверки показаний на месте. «Мне сказали, что в случае моего отказа давать показания в качестве сообщницы может быть привлечена моя мать, и я испугался,— заявил подсудимый.— Пришлось сказать следователю то, что от меня хотели».
Анна Перова
Коммерсант