Петербургские сезоны в Сочи - записная книжка

“Aller à l'immortalité avec un peu de bagages”

Эх, сумочка моя! Куда ты только не сопровождала меня за это время? Бессменная подруга, не гнушающаяся никаких мест, равно возлежащая и на каменных ступенях амфитеатров и на псевдобархатных красных вип-диванах, ты спасаешь меня от назойливых соседей, укрываешь мои секреты, терпеливо сносишь все мои причуды, будь то блинчики с курицей (2 коробки по акции) или книга Даррелла рядом с журналом «Ригас лайкс»… Трудно будет найти тебе достойную замену, когда наступит час… Ну, пока ещё до этого далеко. Не стоит так печалиться, а лучше открыть и посмотреть, чем ты со мной и моими читателями готова поделиться? Что там у нас сверху лежит?

9 сентября в программах концертов «Классики» сразу меня заставил захлопать в ладоши от радости, как только я прочла: «Дунаевский». Ибо это чудесный подарок. Нашему городу. Летнему театру. Мне. Особенно мне, конечно. Мои отношения с этим композитором всегда хорошо складывались. Как и у всех жителей нашей страны. Он был визитной карточкой поколений. Доступен, спиваем, любим и занимал собою много музыкального пространства в эфире, концертах и домашнем застолье. В те советские годы Дунаевский был эдаким Прокофьевым-Шостаковичем масс. С ним было всё понятно (тогда так с вышеупомянутыми далеко не всё) и ясно, какой чудный, светлый путь у нас впереди. Но вот за рубежом почему-то Дунаевский не котировался. Или наоборот ассоциировался там со Сталиным и прочими какими-то демоническими личностЯми. Новый этап любви к Дунаевскому в нашей стране произошёл, когда на телеэкраны вышел сериал «Дети капитана Гранта» и тогдашние композиторы стали усират.., ой, нет, стараться! найти новый современный аналогичный музыкальный образ, пусть не равный старому, но просто, хоть не общий и не спиз…й у Шуберта, а ин-ди-ви-дуализы-рованный… О, как! Но ничего у них не вышло. Тогда обратились к душеприказчику автора прежней музыки, и по странному совпадению тоже композитору (прямо Штраусы, отец и сын, вспоминаются, невольно). Били челом и выбили…новую аранжировку старой музыки. С электронными звучаниями. И началось.

Сериал открывался звуками увертюры, и она манила народ к голубым экранам так, как будто в них обещали показать личное детство каждого, все бежали к началу, как будто спешили отплыть к дальним берегам прямо из телевизора, и надо было успеть занять место на палубе. Увертюра отзывалась в стуке наших сердец, и в ней не было ни одной фальшивой ноты, ни одного предательского слова. Это была чистая и глубокая МУЗЫКА. Не помню ничего из этого сериала, ни актеров, ни режиссера, ни-че-го. Только сожаление своё помню, что увертюра звучит в сокращении и как-то…не так. И от этого не так, окружающая меня жизнь казалась немного серей, чем была на самом деле. Поскольку, ну у кого же в молодости жизнь серая?

Второй приступ ностальгической любви к этой музыке я уже испытала, прожив много лет в другой стране. Но об этом я может быть расскажу, а может и нет. Речь –то ведь идёт о нашем времени.

«Убийство» на ступенях Летнего театра во время гастролей «Классики», чтоб зайти и занять места – это первый этап. Второй – оглядеться с гордым видом: куда это мы так удачно попали? Третий этап- удобно расположиться, в ожидании начала, ибо ради него и шли. Не может концерт, посвященный Дунаевскому, концерт, сыгранный ТАКИМИ музыкантами, с ТАКИМ дирижером, начаться иначе. Конечно, он обязан начаться этим шедевром.

Вначале я сказала, что эта увертюра – подарок нашему городу. Потому что, волны. Потому что, даль. Потому что, Сочи – это тревожная и сладкая мечта. Я говорю, а вы – поёте, правда же?
Ретро-увертюра, ретро-мысли, шум прибоя и звездное небо над головой в ракушке Летнего театра парка им.Фрунзе (в жизни увы! – уже нет, а в памяти сердца – всё ещё есть). Это небо тропиков, небо приключений и надежд! Самых невозможных и несбыточных. Несбывшихся и несбываемых… Небо всегда обещает Высокое. Наверное, поэтому его у современных сочинцев беззастенчиво украли.

А вчера, с первыми звуками "…увертюра из кинофильма … «Дети…капитана…Гранта»!" оно вернулось. Пусть ненадолго, но оно было. В звуках трубы (Арабина Евгений, лауреат международных конкурсов), в блеске тромбонов (Тополина Лазорина), в молниях тарелок (Александр Божко) и ярком громе литавр и в яростном треске барабана(Андрей Беличков, лауреат международного конкурса), и в матовом золоте валторн. Звезды сияли в виолончельном королевском бархатном звуке. Звезды были теплые, тропические, нежные как любовь рыжекудрой богини … уф! хватит с вас, а то дальше надо будет выставлять знак: 21+

(…черт меня дери! Что за музыка, а?!)

Остальное всё было не менее высоко по уровню исполнения. Вальсы Дунаевского прозвучали в духе Штрауса, но без императорского щегольства, чтоб советский дух не ушел из стиля. Алексан Яклич был очень любезен и корректен с вальсами Дунаевского. Великий Магистр!

Апофеоз в конце концерта — конечно, перебор, на мой взгляд. Ту матч!) Но я всем всё прощаю. Всем артистам надо жить, всем хочется отдохнуть на море, все любят славу, и потому, когда кому-то удача улыбнулась в виде приглашения спеть разок бесплатно эту оскоминой застрявшую «заздравнуючашудокраядокра-я нальём», надо ловить этот момент и пусть через край даже льётся, не жалко! это же Мария Литке!

И только «Концертный марш» прозвучал в центральной части неожиданной темой для той эпохи, прозвучал тревожно и честно, словно отдавая дань Шостаковичу.

Уходя после концерта, который с удовольствием разделили со мной шестилетняя племянница (будущая великая российская оперная певица Мария Беляева) и её мать (моя сестра) Евгения, я всё ещё чувствовала внутри вибрацию скрипок, альтов и виолончелей, помнила телом каждый звук ударных, и думала: «Ничего мог не писать вообще Дунаевский после увертюры «Дети капитана Гранта», ибо как заметил Вольтер:

«В бессмертие отправляются с небольшим багажом…»
  • 10 сентября 2019, 17:56
  • ekoLena

Комментарии (0)

RSS свернуть / развернуть

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.